Вторник, июль 2021
«Не знаю, как теперь относиться к опороченным авторитетам прошлого»
«Не знаю, как теперь относиться к опороченным авторитетам прошлого»

На интересе к секретам и тайнам кормится целая армия .продюсеров, писателей, папарацци. Особенно если в поле зрения попадает известная семья. И мы думаем: «Они казались нам вот кем, а на самом деле вот они какие! Ага!»

И как правило, все это преподносится с разоблачительным оттенком, с желанием вывести на чистую воду. Там есть и превосходство, и злорадство, и немного стыда за этот свой жгучий интерес. Во многом это вопрос о соломинке и бревне в глазу, когда мы у другого замечаем то, что невозможно признать у себя.

Страсть к тому, чтобы разоблачить и опозорить, помогает зрителю канализировать какие-то эмоции, которые, будучи обращенными в сторону собственной истории, своей семьи, причиняли бы очень много боли. А публичные персоны словно изначально подписались на готовность быть на виду.

Фактически происходит идентификация с разоблачителем: разоблачает журналист, писатель, но читают это тысячи людей, потирая лапки и истекая слюной. Реакция понятная, и в деревне сплетничали — в самой что ни на есть благостной и старообрядческой.

Если ловишь себя на слишком большом интересе к разоблачению чужих тайн, имеет смысл подумать, ни в чем себя не обвиняя (себя стыдить тоже не полезно), — что это про мою семью? Что я такого не хочу видеть среди своих, что включаюсь в чужие истории?

Back To Top